Тринитарная эсхатология и ближайшие судьбы человечества

 

  1. Эсхатология Иоанна Богослова

Кончина века. В последнее время эти слова все чаще звучат на устах верующих людей. Да и неверующие люди чувствуют и говорят, что человеческая история стремительно приближается к роковой точке. Вот уже церковные иерархи начинают призывать христиан к апокалиптической молитве: «Ей, гряди, Господи Иисусе!» (Откр.22.20). А ученые-футурологи пытаются подсчитать, сколько еще лет (от силы десятилетий) сможет протянуть человеческая цивилизация. Даже всемирный политический ажиотаж, вызванный перестройкой, не в состоянии заглушить в умах и сердцах людей тревожное ощущение конца. «Сумерки человечества» — с этими словами Валентина Распутина, которыми писатель-пророк определил суть нашей эпохи, трудно не согласиться.

Но вот сгустившиеся сумерки, подобно лучезарной молнии, пронзает тринитарная эсхатология. И в ее ослепительном сиянии мы узнаем, что кончина века это не экологическая катастрофа, обрекающая человечество на медленное вымирание, как думают ученые-футурологи, и не внезапный обрыв истории, за которым открывается Страшный Суд, как полагает большинство христиан, а длительный и многообразный процесс жизни, метаистория, исполненная, несмотря на все усилия тьмы, торжествующего света.

Так, в Откровении Иоанна Богослова есть не одно, а три места, которые в соответствии с библейской традицией можно истолковать как описания «Дня Господня»: геокосмическая катастрофа, когда люди будут говорить горам и камням: «падите на нас и сокройте нас от Лица Сидящего на престоле и от гнева Агнца; ибо пришел великий день гнева Его, и кто может устоять?» (Откр.6.12-17); пришествие Иисуса Христа в славе (Откр.19.11-21); всеобщее воскресение и Страшный Суд (Откр.20.11-15). При этом указанные описания отнюдь не сливается в одну сплошную картину «конца мира», как его представляет себе большинство христиан. Напротив, между первым и вторым описанием Дня Господня происходит множество событий. Сначала под 6-й печатью совершается запечатление ста сорока четырех тысяч праведников и вселенское прославление новомучеников, т.е. утверждение на земле Царства святых, а затем под 7 печатью изображается борьба Царства святых с силами антихриста. Между вторым и третьим описанием Дня Господня умещается Тысячелетнее царство Христа на земле, и только после третьего описания Дня Господня, изображавшего Страшный Суд, наступает кончина века сего и жизнь вечная (Откр.21.1-7).

Таким образом, согласно Откровению Иоанна Богослова, апокалиптическая Парусия (второе пришествие) совершается не однократно, а в виде трех актов, существенно единых, но разделенных во времени. Естественно предположить, что эти три акта связаны с Пресвятой Троицей, так, что каждый акт является преимущественным действием одной из Божественных Ипостасей: Парусия Святаго Духа, преображающего космос, Парусия Сына, истребляющего антихриста (сравни: 2 Фес.2.1-8), и наконец, Парусия Отца в Сыне и Духе, — в Духе, Который воскрешает мертвых, и в Сыне, Который Именем Отца совершает Суд (Ин.5.22). То, что второй акт Парусии является Парусией Сына, а третий — Парусией Отца («И увидел я великий белый престол и Сидящего на нем, от Лица Которого бежали небо и земля…» — Откр.20.11) — это несомненно, ибо прямо следует из описания, данного в указанных текстах. А вот то, что первая Парусия есть Парусия Духа — это необходимо доказать, ибо в самом апокалиптическом тексте об этом прямо не сказано.

Во 2-й главе Деяний Апостолов рассказывается, как в день Святой Пятидесятницы, когда на Апостолов в огненных языках сошел Святой Дух и они начали на разных языках говорить о великих делах Божиих, а народ, слышавший их, недоумевал, что бы это значило, Петр, став с одиннадцатью, возвысил голос свой и разъяснил народу, что происходящее с ними есть предреченное пророком Иоилем:

«…и будет в последние дни, говорит Бог, излию от Духа Моего на всякую плоть; и будут пророчествовать сыны ваши и дочери ваши; и юноши ваши будут видеть видения и старцы ваши сновидениями вразумляемы будут;

и на рабов Моих и на рабынь Моих в те дни излию от Духа Моего, и будут пророчествовать.»

Казалось бы, что на этом тексте, объясняющем верующим иудеям, что произошло в день Пятидесятницы, Апостол Петр мог прервать цитирование книги пророка Иоиля. Однако он продолжил:

«И покажу чудеса на небе вверху и знамения на земле внизу, кровь и огонь и курение дыма.

Солнце превратится во тьму, и луна в кровь, прежде нежели наступит день Господень, великий и славный.

И будет, всякий, кто призовет имя Господне, спасется.» (Иоиль 2.28-32)

Таким образом, Апостол Петр счел необходимым подчеркнуть, что, согласно пророчеству Иоиля, с сошествием Святаго Духа неразрывно связаны помрачение солнца и покраснение луны.

Между тем, ни в Священном Писании, ни в Святом Предании нет никаких известий о том, что в день Святой Пятидесятницы или в ближайшие к ней дни солнце превращалось во тьму, а луна в кровь. В то же время помрачение солнца и покраснение луны есть специфические признаки геокосмической катастрофы, описанной в Откровении Иоанна Богослова.

«‘И когда Он снял шестую печать, я взглянул, и вот, произошло великое землетрясение, и солнце стало мрачно как власяница, и луна сделалась как кровь.» (Откр.6.12)

Что же может означать такое пролонгированное пророчество?

Открываем книгу пророка Иоиля и читаем ее 2 главу, пятью стихами выше того места, с которого привел цитату из нее Апостол Петр:

«И вы, чада Сиона, радуйтесь и веселитесь о Господе Боге вашем; ибо Он даст вам дождь в меру и будет посылать вам дождь, дождь ранний и поздний .» (Иоиль 2.23)

Таким образом, согласно пророчеству Иоиля, сошествие СвятагоДуха, так же, как и пришествие Христа, должно совершиться дважды, что символизируется ранним и поздним дождем. И если первое сошествие Святаго Духа, так же как и первое пришествие Христа имевшее характер кенозиса (уничижения, истощания) не сопровождалось небесными знамениями, так что иные могли насмехаться над Святой Пятидесятницей и говорить про Апостолов, что они «напились сладкого вина» (Деян. 2.13), то второе сошествие Святаго Духа, так же как и второе пришествие Христа имеющее совершиться в славе, будет сопровождаться всеобщим преображением космоса, в период которого на некоторое время «солнце превратиться во тьму и луна в кровь». И насмешек уже не будет, ибо люди бросятся в «пещеры и ущелия гор» и будут говорить «горам и камням: падите на нас и сокройте нас от Лица Сидящего на престоле и от гнева Агнца; ибо пришел великий день гнева Его, и кто может устоять?» (Откр.6.15-17)

Таким образом, можно считать доказанным, что геокосмическая катастрофа, описанная в 6-й главе Откровения Иоанна Богослова, — есть Парусия Духа — новая вселенская Пятидесятница, влекущая за собою запечатление дарами Духа ста сорока четырех тысяч праведников и вселенское прославление новомучеников, которых Агнец Божий будет «водить на живые источники вод» (Откр.7.17), и что, следовательно, истинно Христианская эсхатология есть эсхатология тринитарная.

Однако для того, чтобы убедиться в этом окончательно, проделаем еще одно исследование.

 

  1. Елеонский Апокалипсис

В Новом Завете кроме Откровения Иоанна Богослова есть еще один апокалипсис — Елеонский. Так принято в богословской науке называть слово о последних временах, с которым Господь наш Иисус Христос, незадолго перед Своими спасительными страданиями, обратился на Елеонской горе к четырем избранным на то ученикам: к Петру, Иоанну, Иакову и Андрею. Елеонский Апокалипсис изложен в трех первых Евангелиях, т.н. синоптических: в Евангелии от Матфея — в главах 24 и 25, в Евангелии от Марка — в главе 13, и в Евангелии от Луки — в главе 21. Сравнивая три записи апокалиптической беседы Христа, нетрудно заметить, что, несмотря на их единую основу и множество прямых текстуальных совпадений, каждая запись имеет свою особую специфику. И если мы сравним специфику каждой записи с тремя актами апокалиптической Парусии, как они описаны в Откровении Иоанна Богослова, то убедимся, что тринитарная эсхатология была заложена еще в Елеонской беседе.

Во всех трех записях Елеонской беседы, описываются наиболее общие признаки кончины века и второе пришествие Иисуса Христа. В этом описании и заключается специфика записи Елеонской беседы по Марку, которая таким образом оказывается общим субстратом всех трех записей и предваряет собой описание второго акта апокалиптической Парусии в Откровении Иоанна Богослова. Специфика изложения Елеонской беседы по Матфею заключается в том, что только у Матфея дано описание Страшного Суда, чему соответствует в Откровении Иоанна Богослова описание третьего акта апокалиптической Парусии. Наконец, специфика изложения Елеонской беседы по Луке заключается в том, что, в отличие от Матфея, который углубляет апокалиптическую перспективу Марка до последних пределов эсхатологии, Лука, напротив, выдвигает апокалипсис в историю. Ибо в изложениях Елеонской беседы только у одного Луки дано описание осады Иерусалима и полного разгрома еврейского государства окрестными народами, которое то ли предваряет геокосмическую катастрофу, то ли совпадает с ней, чему как мы сейчас убедимся, соответствует в Откровении Иоанна Богослова описание первого акта апокалиптической Парусии.

Согласно Откровению Иоанна Богослова, геокосмическая катастрофа разразится тогда, когда Агнец Божий снимет с запечатленной книги шестую печать. Шестой печати естественно предшествует пятая. Вот что увидел Иоанн Богослов, когда Агнец снял пятую печать:

«И когда Он снял пятую печать, я увидел под жертвенником души убиенных за слово Божие, и за свидетельство, которое они имели. И возопили они громким голосом, говоря: .доколе, Владыка Святый и Истинный, не судишь и не мстишь живущим на земле за кровь нашу? И даны были каждому из них; одежды белые, и сказано им, чтобы они успокоились еще на малое время, пока сотрудники их и братья их, которые будут убиты, как и они, дополнят число.» (Откр.6.9-11)

И после этого сразу открывается шестая печать, так что создается впечатление, что геокосмическая катастрофа связана с карой «живущим на земле» за кровь мучеников.

Кто же те убиенные за слово Божие, которые вопиют к Богу об отмщении «живущим на земле», и кто те «живущие на земле», к отмщению которым призывают Бога святые мученики?

На эти два вопроса мне уже приходилось давать ответ в своей работе «Триптих о Земле Русской» (часть 3.»Слово о русских мучениках»). Кратко повторю аргументацию.

Римляне любили зрелища, и потому мученики древней Церкви подвизались открыто, на площадях, при огромном стечении народа… Времена изменились, мученики Русской Церкви как правило восходили на вершину своей одинокой Голгофы втайне. Подвизаясь открыто, мученики древней Церкви свидетельствовали живущим на земле о Христе и Боге. И свидетельство их не было тщетным. Недаром Тертуллиан писал, что «кровь мучеников была семенем Церкви». Подвизаясь втайне, мученики Русской Церкви свидетельствовали Богу и Христу противживущих на земле. Кто же те «живущие на земле», против которых свидетельствует священная кровь российских мучеников?

Известно, что несколько лет назад по инициативе наших церковных диссидентов «Русская Православная Церковь за границей» (т.н. «карловчане») канонизировала большое число русских мучеников. Эта «канонизация» носила ярко выраженный политический характер, направленный против Советского государства.

Кому-то очень не терпелось навести кровь российских мучеников на Советскую власть.

Но этому ли учит Священное Писание?

Разве Христос угрожал римскому прокуратору, который предал Его на распятие, или солдатам, которые вбивали в Него гвозди?

Не в корень ли смотрел Христос? —

—    «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что строите гробницы пророков и украшаете памятники праведников, и говорите: «если бы мы были во дни отцов наших, то не были бы сообщниками их в пролитии крови пророков». Таким образом, вы сами против себя свидетельствуете, что вы сыновья тех, которые избили пророков. Дополняйте же меру отцов ваших. Змии, порождения ехиднины! Как убежите вы от осуждения в геенну? Посему, вот Я посылаю к вам пророков, и мудрых и книжников; и вы иных убьете и распнете, а иных будете бить в синагогах ваших и гнать из города в город. Да придет на вас вся кровь праведная, пролитая на земле, от крови Авеля праведного до крови Захарии, сына Варахиина, которого вы убили между храмом и жертвенником. Истинно говорю вам, что все придет на род сей.» (Мф.23.29-36)

Ясно, что если, по слову Спасителя, «на род сей» должна прийти вся праведная кровь, пролитая на земле, начиная от крови Авеля, то под «родом сим» Спаситель имел в виду не еврейский народ как таковой, которого во времена Авеля еще не существовало, а «тайну беззакония» (2 Фес.2.7), зачатую Каином и затем угнездившуюся в недрах еврейского народа среди «глав дома Израилева», — древних и новых сионистов, стремящихся к мировому господству и где только можно провоцирующих гонения на Христову веру. Против этой враждебной всему человечеству явной и тайной силы и свидетельствует священная кровь российских мучеников.

И свидетельство это будет услышано.

Вот что говорит об этом Евангелист Лука в своем изложении Елеонской беседы, явно сочетая разгром Иерусалима с геокосмической катастрофой:

«Когда увидите Иерусалим, окруженный войсками, тогда знайте, что приблизилось запустение его. Тогда находящиеся в Иудее да бегут в горы; и кто в городе, выходи из него; и кто в окрестностях, не входи в него. Потому что это дни отмщения, да исполнится все написанное. Горе же беременным и питающим сосцами в те дни; ибо великое будет бедствие и гнев на народ сей. И падут от острия меча, и отведутся в плен во все народы; и Иерусалим будет попираться язычниками, доколе не окончатся времена язычников. И будут знамения в солнце и луне и звездах, а на земле уныние народов и недоумение; и море восшумит и возмутится. Люди будут издыхать от страха и ожидания бедствий, грядущих на вселенную; ибо силы небесные поколеблются.» (Лк.21.20-26)

Таким образом, специфика изложения Елеонской беседы по Луке действительно предваряет собой описание первого акта апокалиптической Парусии, как оно дано в Откровении Иоанна Богослова.

И еще одна чрезвычайно важная деталь, которая является как бы эпилогом Елеонской беседы.

В 23 главе Евангелия от Луки в частности рассказывается, что когда Спасителя вели на казнь, за Ним шло

«…великое множество народа и женщин, которые плакали и рыдали о Нем. Иисус же, обратившись к ним, сказал: дщери Иерусалимские! Не плачьте обо Мне, но плачьте о себе и о детях ваших, ибо приходят дни, в которые скажут: «блаженны неплодные, и утробы неродившие, и сосцы непитавшие». Тогда начнут говорить горам: «падите на нас» и холмам: «покройте нас.» (Лк.23.27-30)

Приведенные слова Спасителя наносят сокрушительный удар по тем толковникам, которые утверждают, что в изложении Елеонской беседы у Луки пророчество об осаде Иерусалима и разгроме еврейского государства относится только к Иудейской войне первого века, когда Иерусалим штурмовали римляне, ибо у нас нет никаких известий о том, чтобы в то время кто-то говорил горам: «падите на нас» и холмам: «покройте нас». В то же время у нас есть несомненное свидетельство, что именно эти слова будут говорить во время геокосмической катастрофы, описанной в Откровении Иоанна Богослова:

«И цари земные, и вельможи, и тысяченачальники, и сильные, и всякий раб, и всякий свободный скрылись в пещеры и в ущелия гор, и говорят горам и камням: падите на нас и сокройте нас…» (Откр.6.15-16)

Конечно, косвенно, в качестве типологического прообраза, Елеонское пророчество об осаде Иерусалима и полном разгроме еврейского государства в Палестине относится и к Иудейской войне первого века, но в полной мере оно относится только к последним временам, и должно еще сбыться на современном «государстве Израиль», которое, будучи звездой и знаменем международного сионизма, фактически царствует сегодня и над земными царями, и над вельможами, и над богатыми, и над тысяченачальниками, и над сильными, и над всяким реальным рабом, и над всяким мнимо свободным человеком.

Нам могут сказать: если первый акт апокалиптической Парусии, описанный в Откровении Иоанна Богослова, есть сошествие Духа в славе, то вполне понятно, что он должен сопровождаться преображением космоса и вселенской пятидесятницей — запечатлением дарами Духа Святого ста сорока четырех тысяч праведников; но уместно ли приписывать сошествию Святаго Духа силу карающую? Да, уместно!

Во втором послании Апостола Павла к Фессалоникийцам сказано, что Господь Иисус Христос убьет антихриста «духом уст Своих и истребит явлением пришествия Своего» (2 Фес.2.8). Ясно, что дух, исходящий из уст Христа, есть Дух Святой. И если Дух Святой, исшедший из уст Христа в качестве Его Энергии, убьет антихриста, то что странного в том, что самовладычное сошествие Святаго Духа будет сопровождаться сокрушением палестинской твердыни сионизма?

Для судеб человеческого рода все три акта апокалиптической Парусии имеют решающее значение. Однако, поскольку сейчас для человечества наиболее актуальным является первый акт апокалиптической Парусии, постараемся вглядеться в него более пристально.

Начнем с преображения космоса.

  1. Четыре этапа космического преображения

Рассматривая первые четыре дня миротворения, нетрудно убедиться в том, что первый день был днем света, второй день — днем вод, третий день — днем суши, которая, отделившись от вод, покрылась произрастаниями земли, и четвертый день — днем небесных светил. Этот порядок миротворения навсегда запечатлелся в весенне-летнем цикле природы. Так, в средних широтах сначала наступает весна света (февраль-март), затем весна вод (март-апрель), затем весна земли, когда суша освобождается от прилива вешних вод, деревья покрываются листвой и расцветают цветы (май-июнь), и наконец наступает макушка лета — июль, когда солнце светит особенно сильно, и августовские ночи, озаренные звездопадами.

Естественно предположить, что преображение космоса будет протекать в той же последовательности. Только при этом надо иметь в виду, что оно будет сопровождаться страшными сотрясениями стихий, и потому будет первоначально воспринято человечеством не как преображение космоса, а как геокосмическая катастрофа. Так, в своем изложении Елеонской беседы Евангелист Лука пишет, что «море восшумит и возмутится» (Лк.21.25), что по составу действующих стихий соответствует второму дню творения. Третьему, а затем четвертому дням творения по составу действующих стихий соответствует описание геокосмической катастрофы в Откровении Иоанна Богослова:

«и когда Он снял шестую печать, я взглянул, и вот, произошло великое землетрясение, (а затем:) и солнце стало мрачно как власяница, и луна сделалась как кровь. И звезды небесные пали на землю, как смоковница, потрясаемая сильным ветром, роняет незрелые смоквы свои.» (Откр.6.12-13)

Но где же описание первого дня преображения космоса, в котором действующей стихией был бы свет? Где свидетельство, что преображение космоса, что вся геокосмическая катастрофа начнется со световой бури? В Новом Завете есть на это только один намек, но намек очень веский. В первом послании к Фессалоникийцам Апостол Павел пишет:

«О временах же и сроках нет нужды писать к вам, братия: ибо сами вы достоверно знаете, что день Господень так придет, как тать ночью. Ибо, когда будут говорить: «мир и безопасность», тогда внезапно постигнет их пагуба, подобно как мука родами постигает имеющую во чреве, и не избегнут.» (1 Фес.5.1-3)

Итак, день придет ночью. Если это пророчество понимать не только в духовно-социальном смысле, но и в космическом, то мы получим свидетельство о том, что катастрофа начнется приливом света, причем столь бурным, что ночь станет днем. Мощное подтверждение такого толкования мы находим в книге пророка Исайи, которое тем более важно, что начинается с пророчества об излиянии Духа, Который так же, как в книге пророка Иоиля, символизируется дождем, и так же, как в Евангелии, — обильными водами (Ин.7.38-39).

«И Он даст дождь на семя твое, которым засеешь поле, и хлеб, плод земли, и он будет обилен и сочен; стада твои в тот день будут пастись на обширных пастбищах…

И на всякой горе высокой и на всяком холме возвышенном потекут ручьи, потоки вод, в день великого поражения, когда упадут башни.

И свет луны будет, как свет солнца, а свет солнца будет светлее всемеро, как свет семи дней, в тот день, когда Господь обвяжет рану народа Своего и исцелит нанесенные ему язвы.» (Исайя 30.23-26)

Итак, первый акт апокалиптической Парусии, преображающий космос, начнется мощным приливом света. Этот факт, важный сам по себе, сверх того объясняет причину осады Иерусалима окрестными народами и полного разгрома «государства Израиль», предреченных в Елеонской беседе. Когда под пятой печатью мученики возопили к Богу: «доколе, Владыка Святый и Истинный, не судишь и не мстишь живущим на земле за кровь нашу?», им было сказано, «чтобы они успокоились еще на малое время, пока сотрудники их и братья их, которые будут убиты, как и они, дополнят число» (Откр.6.9-11). Приведенные тексты делают весьма вероятной следующую картину. Когда хлынет свет, сионистские толковники истолкуют слова Исайи: «И свет луны будет, как свет солнца, а свет солнца будет светлее всемеро, как свет семи дней, в тот день, когда Господь обвяжет рану народа Своего и исцелит нанесенные ему язвы» (Исайя 30.26) в том смысле, что наступает эпоха пришествия «мессии», который избавит «вечно страдающий еврейский .народ» от всех его врагов. Это вызовет в «государстве Израиль» мощный взрыв религиозного нацизма, который обернется страшным погромом иноверцев — мусульман и христиан. Кровь новых мучеников с одной стороны «дополнит число», а с другой — переполнит меру терпения народов, так что даже Америка не решится посылать свои войска на защиту «Израиля». Иерусалим будет осажден, взят штурмом, и еврейское государство в Палестине полностью уничтожено. Впрочем, по логике вещей, это должно произойти не без тайного содействия международного сионистского центра, ибо там, в глубинах «тайны беззакония» (2 Фес.2.7), кровно заинтересованы в том, чтобы евреи получили Иерусалим из рук антихриста; в противном случае «правоверный» юдаизм не признает антихриста мессией. Сионисты, будучи по существу язычниками, ибо поклоняются отнюдь не Богу Истинному, обманывают и сам еврейский народ. Потому и сказано: «…и Иерусалим будет попираться язычниками, доколе не окончатся времена язычников» (Лк.21.24), т.е. до тех пор, пока Христос не истребит антихриста и не установит на земле Свое Царство.

А теперь обратимся к рассмотрению того, что произойдет непосредственно после геокосмической катастрофы.

  1. 3апечатление ста сорока четырех тысяч избранных

После катастрофы стихии постепенно утихают. Иоанн Богослов видит «четырех Ангелов, стоящих на четырех углах земли», которые держат «четыре ветра земли, чтобы не дул ветер ни на землю, ни на море, ни на какое дерево». Затем Иоанн Богослов видит «иного Ангела, восходящего от востока солнца и имеющего печать Бога живаго.»

«И воскликнул он громким голосом к четырем Анелам, которым дано вредить земле и морю, говоря: не делайте вреда ни земле, ни морю, ни деревам, доколе не положим печати на челах рабов Бога нашего.» (Откр.7.1-3)

И слышал Иоанн Богослов число запечатленных: «запечатленных было сто сорок четыре тысячи из всех колен сынов Израилевых», и далее перечисляются все двенадцать колен с указанием, что из каждого колена запечатлено по двенадцати тысяч человек. (Откр.7.4-5)

В связи с изложенными событиями естественно возникают два вопроса: 1. связано ли наложение печати Бога живаго с нарочитым действием именно Третьей Ипостаси, так что запечатление ста сорока четырех тысяч праведников действительно должно воспринимать как новую Пятидесятницу? и 2. что это за «сыны Израилевы», из двенадцати колен которых избираются по двенадцать тысяч?

Постараемся ответить на оба вопроса.

Дух Святой, будучи Третьей Ипостасью, исходящей от Отца и почиющей в Сыне, замыкая Собой внутреннюю жизнь Пресвятой Троицы, действительно является Ипостасной печатью Бога. Посмотрите на «Троицу» Рублева. Отец (средний Ангел) посылает Сына в мир, Сын (Ангел, сидящий одесную Отца) готовится встать и идти, чтобы исполнить волю Отца, Дух (третий Ангел), замыкая Предвечный Совет одобряющим склонением головы, перстами правой руки налагает скрепляющую печать. В Церкви есть таинство миропомазания, нарочито связанное с сообщением даров Святого Духа. В Православной Церкви это таинство совершается непосредственно после крещения. Священник кисточкой, пропитанной святым мирром, начертывает крестное знамение на челе, очах, ноздрях, устах, ушах, на груди, руках и ногах новокрещеного. При этом священник при каждом начертании говорит: «печать дара Духа Святаго. Аминь.» Так что запечатление ста сорока четырех тысяч избранных печатью Бога живаго действительно есть сообщение им нарочитых даров Святого Духа, — как бы разделяющихся огненных языков новой вселенской Пятидесятницы.

Почему же во время первой Пятидесятницы Дух Святой действовал непосредственно, а во время второй Пятидесятницы — через посредника, как бы Своего предтечу, который, так же как Иоанн Предтеча, будучи человеком, именуется в Писании Ангелом? Потому что во время первой Пятидесятницы Дух Святой образовывал Церковь, а во время второй Пятидесятницы действует из ее благодатных недр.

А теперь ответим на вопрос о «сынах Израилевых».

Известно, что современные иудео-христиане, и в том числе те, которые воспитаны о.Александром Менем, пытаясь совместить Христианство с верой в продолжающуюся богоизбранность еврейского народа, утверждают, что и в Церкви Божией евреям принадлежит первенство, что крещеные евреи, принадлежа одновременно и к народу Божию, и к Церкви, несут на себе двойное помазание и потому, будучи избранными среди избранных, составляют как бы гвардию Христианства. Когда же им указывают на то, что богоизбранность еврейского народа окончилась «избранным остатком» (Рим.11.1-5), т.е. Апостолами и первыми христианами из евреев, что Христос пришел ко всем народам земли, что Христианство универсально, что во Христе «нет ни еллина, ни иудея» (Колос. 3.11) и что никакие преимущества по плоти с Христианством несовместимы, они указывают на сто сорок четыре тысячи запечатленных «из всех колен сынов Израилевых», о которых в 14 главе Откровения Иоанна Богослова прямо сказано, что «они искуплены из людей, как первенцы Богу и Агнцу» (Откр.14.4).

Однако довод этот не выдерживает не только догматической, но и чисто исторической критики.

Дело в том, что после смерти царя Соломона единое еврейское государство в Палестине разделилось на два царства: на Иудею со столицей в Иерусалиме, и на Израиль со столицей в Самарии. В Иудее остались два колена: Иудино и Вениаминово, остальные десять колен отошли в Израиль. Вскоре Израильское царство было завоевано ассирийцами, и десять отпавших колен еврейского народа постепенно смешались с язычниками, утратив и свою веру, и свое национальное самосознание, и свои этнические признаки. Так что не только сейчас не существует двенадцати колен «сынов Израилевых», они не существовали уже и во времена Иоанна Богослова. Поэтому приписывать Иоанну Богослову плотское понимание двенадцати колен просто нелепо. Совершенно ясно, что под «сынами Израилевыми» Иоанн Богослов имеет в виду не ветхий Израиль, а Израиль Новый, т.е. Церковь Божию, а под двенадцатью коленами — двенадцать духовных колен, — двенадцать типов духовности, унаследованных от Апостолов. Так, в Церкви есть колено пастырей, идущее от Апостола Петра; колено богословов, идущее от Иоанна Богослова; колено миссионеров, идущее от Апостола Павла, и т.д. Впрочем, говорить сейчас об этом подробно неуместно, ибо для этого потребовалось бы написать особое исследование, явно выходящее за пределы настоящей работы. Скажем только, что, подобно тому, как ветхий Израиль, состоящий из двенадцати колен, идущих от двенадцати сыновей Иакова, прообразовывал собой Христову Церковь, утвержденную на двенадцати Апостолах, так каждое из двенадцати колен ветхого Израиля прообразовывало собой одно из двенадцати духовных колен Церкви, что и .дало возможность Иоанну Богослову называть духовные колена Церкви именами колен ветхозаветных.

Но если в Церкви Божией нет избрания по плоти, то избрание по духу несомненно есть. Каждая великая поместная Церковь, каждый великий Патриархат избирается Богом для особого служения. Каждая великая Церковь — это одно из богозрительных очей Церкви Вселенской, один из огненных светильников, горящих перед престолом Божиим, один из тех громов, голосами которых Бог говорит земле и небу. О том, что это подлинно так, лучше всего свидетельствует живой Апокалипсис Истории.

— Безусловная реальность Воплощения, — непреложно свидетельствует Церковь Святого Града.

— Синергизм, свободное содействие Божественного и человеческого, — настойчиво проповедует Антиохия, — человек — это не пассивное орудие Божественной воли, но друг и соработник.

— Всецелое укоренение в Боге, полнота обожения, теосис, — торжественно возвещает Александрия.

— Предвечное Слово, устрояющее гармонию вселенских согласий, — учит Константинополь.

— Вселенское Отечество, — властно настаивает Рим.

— Царство Святых, — пророчествует Церковь Российская.

И потому ясно, что запечатление ста сорока четырех тысяч праведников должно совершиться в основном в Церкви Российской.

«И Ангелу Филадельфийской Церкви напиши: так говорит Святый, Истинный, имеющий ключ Давидов, Который отворяет — и никто не затворит, затворяет — и никто не отворит: знаю твои дела; вот, Я отворил перед тобою дверь, и никто не может затворить ее; ты не много имеешь силы, и сохранил слово Мое, и не отрекся имени Моего. Вот, Я сделаю, что из сатанинского сборища, из тех, которые говорят о себе, что они Иудеи, но не суть таковы, а лгут — вот, Я сделаю то, что они придут и поклонятся пред ногами твоими, и познают, что Я возлюбил тебя. И как ты сохранил слово терпения Моего, то и Я сохраню тебя от годины искушения, которая придет на всю вселенную, чтобы испытать живущих на земле. Се, гряду скоро; держи, что имеешь, дабы кто не восхитил венца твоего. Побеждающего сделаю столпом в храме Бога Моего, и он уже не выйдет вон; и напишу на нем имя Бога Моего, и ими града Бога Моего, нового Иерусалима, нисходящего с неба от Бога Моего, и имя Мое новое. Имеющий ухо да слышит, что Дух говорит церквам.» (Откр.3.7-13)

  1. Послание к Филадельфийской Церкви

Первую часть «Откровения Иоанна Богослова» составляют семь посланий к семи Ангелам семи Азийских церквей. Поскольку Апокалипсис — книга пророческая, и содержание ее имеет характер вселенский, ясно, что семь Азийских церквей выступают в «Откровении Иоанна Богослова» не самоценно, а в качестве типологических прообразов семи великих Патриархатов, которые по замыслу Божию должны быть явлены в Истории, и что послания к семи Азийским церквам, понятые в плане пророческом, есть послания к семи великим Патриархатам.

Так вот, читая апокалиптические послания к семи великим Церквам, нельзя не заметить, что в этих посланиях указаны не только те особенности Церквей, которые связаны с конкретностью их исторического бытия или с колебаниями их соборной воли, и которых, строго говоря, могло бы и не быть, но прежде всего нечто первичное и неизменное. Мы имеем в виду те особые имена, под которыми Господь обращается к разным Церквам, и те особые награды, которые в лоне каждой отдельной Церкви обещаются ее подвижникам.

Представ Иоанну Богослову, а в его лице и всем великим Церквам вместе взятым, в некоей полноте Своих благодатных даров, как Царь и Первосвященник Вселенской Церкви, Господь в обращениях к отдельным Церквам предстает уже соответственно и под особыми отдельными именами, в которых хотя и присутствует всецело, — ибо не разделился Господь, — но уже под определенными преимущественными аспектами.

Телеологически несомненно, и духовными интонациями апокалиптических посланий непосредственно обнаруживается, что то имя, под которым Господь обращается к данной Церкви, должно быть ей особенно внятно. Оно должно коснуться ее самых сокровенных струн, точно попасть в резонанс ее духовности, вызвать в ней наиболее полный сердечный отклик. А это в свою очередь означает, что те имена, под которыми Господь благоволит открываться Своим Церквам, не есть для них нечто внешнее, но что они от начала заложены в них, как основные потенции их духовности, как некие силы «священнотайне» определяющие весь строй их жизни, или, говоря языком философии, — как их энтелехии.

Таким образом, в основе индивидуальности великих Церквей лежат отнюдь не те внешние обстоятельства их исторического бытия, которым ученые-номиналисты склонны придавать значение силы формообразующей, но причина онтологическая — умопостигаемый спектр или духовная гамма имен Господних. И если экклезиологические индивидуальности великих Церквей формировались в несомненном соответствии с индивидуальностями культурно-этническими (таковыми прежде всего явились в Истории церкви: Антиохийская, Александрийская, Римская, Константинопольская, Иерусалимская и Московская), то это значит, что и в основе соответствующих национальных характеров так же лежала причина онтологическая — все тот же умосозерцаемый спектр или духовная гамма имен Господних.

В несомненном соответствии с именами, под которыми Господь открывается семи Церквам, находятся и те духовные награды, которые в лоне каждой Церкви обещаны ее подвижникам.

Рассмотреть в этом плане все апокалиптические обращения к великим Церквам — значило бы рассмотреть всю Историю Вселенской Церкви, что опять-таки потребовало бы особого исследования, явно выходящего за пределы настоящей работы. Поэтому мы ограничимся рассмотрением только одного послания, — послания к Филадельфийской Церкви, которая явно прообразовывала собой Церковь Российскую. В послании к Ангелу Филадельфийской Церкви Господь Иисус Христос именует Себя — «Святый, Истинный, имеющий ключ Давидов, Который отворяет — и никто не затворит, затворяет — и никто не отворит.» Ключ Давидов, которым Господь отворяет и затворяет пути тварной свободы — это предвечная Премудрость, предопределяющая Собой двенадцать путей духа — двенадцать духовных колен Нового Израиля, образующих собой Новый Иерусалим (Откр.21.10-14), о чем мы уже кратко сказали выше, и шесть коренных интуиций спасенных народов, которые «будут ходить во свете его» (Откр.21.24), о чем разговор особый и не сейчас.

Так же, как и в посланиях к другим Азийским Церквам, в соответствии с именем, под которым Господь открывается Церкви Филадельфийской, находятся и те награды, которые обещаны ее подвижникам:

«Побеждающего сделаю столпом в храме Бога Моего, и он уже не выйдет вон; и напишу на нем имя Бога Моего, и имя града Бога Моего, нового Иерусалима, нисходящего с неба от Бога Моего, и имя Мое новое.» (Откр.3.12)

«…напишу на нем имя Бога Моего…»

Между тем, в первом стихе 14 главы «Откровения» говорится: «И взглянул я, и вот Агнец стоит на горе Сионе и с Ним сто сорок четыре тысячи, у которых имя Отца Его написано на челах«. Таким образом, награда, обещанная подвижникам Филадельфийской Церкви, сбывается на избранных праведниках Церкви Российской. К сему следует добавить, что сто сорок четыре тысячи запечатленных из всех двенадцати колен Нового Израиля прообразовывают собой Новый Иерусалим, чему соответствует дальнейшее перечисление наград:

«…и напишу на нем… имя града Бога Моего, нового Иерусалима, нисходящего с неба от Бога Моего, и имя Мое новое.»

Два Иерусалима, — два избранных народа. Народ ветхого Иерусалима, который подготавливал первое пришествие Христа, и народ Нового Иерусалима, который подготавливает второе пришествие Христа. Народ ветхого Иерусалима — народ еврейский, народ Нового Иерусалима — Церковь Российская, главной этнической базой которой является народ русский.

Поэтому и сказано Российской Церкви о сионизированных евреях, до сих пор мнящих себя богоизбранным народом и потому ненавидящих Россию как своего конкурента:

«Вот, Я сделаю, что из сатанинского сборища, из тех, которые говорят о себе, что они Иудеи, но не суть таковы, а лгут, — вот, Я сделаю то, что они придут и поклонятся пред ногами твоими, и познают, что Я возлюбил тебя.» (Откр.3.9)

В послании к Римлянам Апостол Павел пророчествует, что в последние времена еврейский народ, ныне пребывающий в ожесточении, обратится ко Христу (Рим.11). Значит ли это, что обращенные евреи создадут свою собственную национальную Церковь? Отнюдь нет! Апокалиптическое послание к Филадельфийской Церкви свидетельствует, что обращение евреев ко Христу произойдет через Церковь Российскую. Именно к ней придут обращенные евреи, поклонятся перед ее ногами и познают, что Христос возлюбил ее. «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу тебе, кто ты.» Только смирив свои национальные притязания перед тайной новозаветной богоизбранности России, только поняв, за что Христос возлюбил ее, смогут обращенные ко Христу евреи по-настоящему понять и принять Христа.

И еще одно чрезвычайно важное сопоставление. Обращаясь к Ангелу Филадельфийской Церкви, Господь именует Себя: «Святый, Истинный…» Ни в одном из прочих посланий к Ангелам Азийских Церквей Господь так Себя не именует. Следовательно, и эти имена составляют специфическое достояние Церкви Филадельфийской. Как же не удивляться тому, что мученики под пятой печатью, вопия к Богу об отмщении, называют Его этим же самым именем: «…доколе, Владыка Святый и Истинный, не судишь и не мстишь живущим на земле за кровь нашу?» (Откр.6.10) ?

Что за удивительная премудрость пронизывает собой все Откровение Иоанна Богослова! Что за поразительная гармония! Что за мир дивных соответствий! Два слова: «Святый и Истинный», и сразу становится ясно, что мученики пятой печати принадлежат к Церкви Филадельфийской, что Филадельфийская Церковь есть Церковь Российская, и что все сладостные обетования, данные Церкви Филадельфийской, сбудутся на Церкви Российской. Впрочем, при соблюдении одного непременного условия:

«Се, гряду скоро; держи, что имеешь, дабы кто не восхитил венца твоего.»

Нет ни одного народа на земле, духовная сокровищница которого подвергалась бы на протяжений истории такому страшному расхищению, как духовная сокровищница народа русского. Потому Бог и призывает Российскую Церковь, русский народ и все Российское государство паче всего на свете беречь свое духовное достояние. А это значит, что русское патриотическое движение («Россия, Русь! Храни себя, храни!») имеет не только национальную, но и высшую религиозную санкцию.

Еще раз вчитайтесь в апокалиптическое послание к Филадельфийской Церкви, и вы убедитесь, что в нем нет буквально ни одной черточки, которая бы не относилась к Церкви Российской.

Итак, мы рассмотрели два аспекта Парусии Духа: преображение космоса (или геокосмическую катастрофу) и запечатление дарами Духа ста сорока четырех тысяч праведников из всех двенадцати духовных колен Нового Израиля. Осталось рассмотреть вопрос о прославлении мучеников.

  1. Вселенское прославление новомучеников

Описание событий, происходящих под шестой печатью, завершается следующим текстом:

«После сего (т.е. после запечатления ста сорока четырех тысяч праведников) взглянул я, и вот, великое множество людей, которого никто не мог перечесть, из всех племен и колен, и народов и языков, стояло перед престолом и перед Агнцем в белых одеждах и с пальмовыми ветвями в руках своих. И восклицали громким голосом, говоря: спасение Богу нашему, сидящему на престоле, и Агнцу! И все Ангелы стояли вокруг престола и старцев и четырех животных, и пали перед престолом на лица свои, и поклонились Богу, говоря: аминь! благословение и слава, и премудрость и благодарение, и честь и сила и крепость Богу нашему во веки веков! Аминь. И начав речь, един из старцев спросил меня: сии, облеченные в белые одежды, кто, и откуда пришли? Я сказал ему: ты знаешь, господин. И он сказал мне: это те, которые пришли от великой скорби; они омыли одежды свои и убелили одежды свои Кровию Агнца. За это они пребывают ныне перед престолом Бога и служат Ему день и ночь в храме Его, и Сидящий на престоле будет обитать в них. Они не будут уже ни алкать, ни жаждать, и не будет палить их солнце и никакой зной: ибо Агнец, Который среди престола, будет пасти их и водить их на живые источники вод; и отрет Бог всякую слезу с очей их.» (Откр.7.9-17)

Когда мученики пятой печати возопили к Богу об отмщении, «даны были каждому из них одежды белые» (Откр.6.11). И вот теперь мы видим их в белых одеждах. Но теперь никто уже не говорит им, «чтобы они успокоились еще на малое время, пока сотрудники их и братья их, которые будут убиты, как и они, дополнят число» (Откр.6.11). Число восполнено, отмщение совершилось и мученики, «пришедшие от великой скорби», славословят Бога и Агнца. И вместе с ними славословят Бога и Агнца все небесные силы. Но если мы говорили выше, что мученики пятой печати — это мученики Церкви Российской, то почему под шестой печатью о них сказано: «великое множество людей, которых никто не мог перечесть, из всех племен и колен, и народов и языков». Где разрешение этого противоречия?

Дело в том, что всех христианских мучеников можно разделить в основном на три лика: на тех, кто был замучен от язычников, — к ним в основном относятся давно прославленные мученики первых трех веков Христианской истории; на тех, кто был замучен от мусульман, — к ним относятся в основном мученики средневековья, многие из которых тоже давно прославлены; и на тех, кто был замучен от иудеев, — к ним относятся мученики всех европейских революций: те, кто был замучен в Нидерландах и Англии жидовствующей сектой кальвинистов, те, кто был замучен во Франции иудомасонами, и наконец, те, кто был замучен в России в 20-х и 30-х годах нашего века уже непосредственно евреями. Однако, поскольку иудейский геноцид против Западной и Восточной Церкви достиг своей кульминации в России, все христианские мученики, прямо или косвенно замученные от иудеев, мистически усыновляются Русской Церкви. Поэтому истинное прославление Российских новомучеников, которое совершится после катастрофы, будет включать в себя не только россиян, но «великое множество людей, которых никто не мог перечесть, из всех племен и колен, и народов и языков.»

Но почему прославленные мученики шестой печати стоят перед престолом и перед Агнцем не только в белых одеждах, но и «с пальмовыми ветвями в руках своих»? Дело в том, что запечатление ста сорока четырех тысяч избранных из всех двенадцати духовных колен Нового Израиля, как мы уже говорили выше, прообразовывает собой Новый Иерусалим. Имя Нового Иерусалима начертано на Церкви Российской. Лазарь — народ Российский — воскрес. Невеста — Церковь Российская — ждет Жениха. И Парусия Духа сливается с голосом невесты. «И Дух и невеста говорят: прииди! И слышащий да скажет: прииди!» (Откр.22.17). Прославленные мученики слышат и торжествуют в небе вербное воскресение, предваряющее собой грядущую вселенскую Пасху.

Итак, после геокосмической катастрофы, преображающей космос, в России утверждается Царство Святых. Его оплот на земле — сто сорок четыре тысячи запечатленных, его покров в небе — прославленные новомученики. Но в чем его социальный базис? Об этом в Откровении Иоанна Богослова прямо не говорится. Почему? По-видимому, потому, что здесь нет необходимости в новом откровении, ибо на поставленный вопрос легко можно ответить по аналогии с первой Пятидесятницей: когда на Апостолов сошел Святой Дух, а затем через Апостолов дары Духа излились на первых христиан, они обобществили свои имущества (Деян.2.41-47; 4.32, 34). Ясно, что социальной базой Царства святых должен быть христианский коммунизм.

  1. Парусия Духа и мистический смысл перестройки

История мира есть процесс Богочеловеческий. Бог не насилует ни человеческую волю, ни человеческое естество. Для того, чтобы вместить Бога, мир должен созреть духовно и социально. Коммунистический опыт первых христиан оказался недолговечным потому, что в эпоху первого сошествия Духа в мире еще не было социальных условий для формирования коммунистического общества. Духовный порыв первых христиан к имущественному братству вошел в противоречие с общественным укладом, основанным на частной собственности, и быстро иссяк. Говоря словами Маяковского, «любовная лодка разбилась о быт». Быт, частный и социальный, — великая сила, и конем его не объедешь. Должны были пройти почти два тысячелетия мучительного социально-исторического процесса, прежде чем возникло общество, основанное на коллективной собственности.

Строители этого общества были убежденными атеистами, но, сами того не ведая, работали на Бога. Однако дело страшно осложнилось тем, что на первых порах революцией и социальными преобразованиями в России в значительной степени овладели евреи. Веками воспитанные Талмудом на ненависти к христианскому миру, они воспользовались революцией чтобы свести национальные счеты. Чего это стоило России — слишком хорошо известно. Родовые муки были ужасными. Тем не менее социализм в России все-таки был построен. Теперь его называют «сталинской моделью».

Я не стану ради защиты сталинской модели оправдывать дикие перегибы коллективизации; скажу только, что в то время Сталин еще не вышел из-под еврейского контроля и был далеко не свободен в своих действиях.

Я не стану ради защиты сталинской модели оправдывать создание репрессивного государства, хотя далеко не всегда жертвами сталинских репрессий были невиновные люди. Многие жертвы сталинских репрессий, которых сейчас пытаются представить невинными страдальцами, на самом деле были жестокими палачами русского народа, и получили заслуженную кару.

Не стану я оправдывать и культ личности Сталина, который после войны приобрел прямо-таки библейские масштабы, и вместе с высотными зданиями, построенными в Москве в стиле зиккуратов, создавал образ Вавилона. Скажу только, что во время войны всенародное почитание вождя явно способствовало достижению победы и что в создании культа личности Сталина принимали участие Ромен Роллан и Анри Барбюс, Лион Фейхтвангер и Долорес Ибаррури, Леонид Леонов и даже Уинстон Черчилль. По-видимому, прав был Шолохов, сказавший крылатую фразу: «был культ, но была и личность».

Но чем плоха была сталинская модель социализма с точки зрения экономической? Применением командно-административных методов в народном хозяйстве? Но ведь Сталину почти все время приходилось действовать в условиях экстремальных: огромная крестьянская страна, почти полностью лишенная тяжелой индустрии, перед лицом капиталистического окружения и нарастающей фашистской угрозы; Великая Отечественная война; послевоенная разруха. Через четыре года после окончания самой разрушительной войны в истории человечества Сталин, со своими командно-административными методами, отменил карточную систему, а Горбачев через пять лет после начала перестройки, в условиях непрестанно набирающих силу «мира и безопасности», со своим хозрасчетом и самофинансированием, собирается ее вводить.

Однако, вечно сочетать социализм с элементами «азиатской формации» значило бы погубить социализм. Перестройка была необходима, и начал ее сам Сталин. Возродив российскую национально-патриотическую традицию и дав возможность возродиться Российской Церкви, Сталин заложил самые глубокие основания для преображения общества в духе теснейшего сближения Христианства и коммунизма. А то, что такое сближение возможно сегодня, не отрицает и Глава Российской Церкви Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II (смотри его интервью в газете «Правда» от 17 июля сего года). Правда, сам Сталин скорее исповедовал византийский идеал цезарепапизма, чем русский идеал Царства святых, но дело, совершенное Сталиным, объективно было больше него. И если бы у Сталина нашелся достойный преемник, свободный от его заблуждений, чистый от пролитой им крови, но унаследовавший его правду (ну, хотя бы маршал Жуков), мы бы стали свидетелями социального чуда. В частности, в сфере экономической сближение Христианства и коммунизма должно было привести к невиданному расцвету народного хозяйства, ибо социализм — это единственная общественная формация, экономически заинтересованная в добродетели.

Однако так случилось, что на роль преемника Сталина выскочила кикимора, исполнявшая при Сталине роль шута, отнюдь не чистая от пролитой им крови, и вовсе лишенная понимания его правды.

Хрущев распустил лагеря. Это ставят ему в великую заслугу, даже не задумываясь над тем, было ли это действительно проявлением его доброй воли? В связи с этим напомню о забытом (возможно, сознательно забытом) факте. После смерти Сталина и ареста Берии по всем лагерям прокатилась волна забастовок и восстаний. Заключенные требовали немедленно начать пересмотр дел. Чем ответил на это Хрущев? Танками и боевой авиацией. Выездными судами и расстрелами «зачинщиков». Однако заключенные, которым действительно «нечего было терять, кроме своих цепей», не унимались. Возникла реальная опасность всеобщего восстания заключенных. Пятнадцать миллионов до предела ожесточенных людей, прошедших войну, гитлеровские и бериевские лагеря, могли вырваться на свободу, сметая на своем пути все. Пришлось начать реабилитацию.

А вот то, что Хрущев, перечеркнув лучшие деяния Сталина, возобновил гонение на Церковь, — это, несомненно, было проявлением его свободной воли.

Так что те, кто сегодня пытается представить Хрущева с его моделью «демократизации» предтечей Горбачева, оказывают Горбачеву весьма плохую услугу.

У лучших начинаний Сталина не нашлось преемника и после Хрущева. Брежнев прекратил гонения на Церковь, но дать Церкви восстановиться в той силе, которой Церковь обладала после войны, он не решился. По-видимому, он просто не понимал, зачем это нужно. В отличие от Хрущева Брежнев не пытался расшатать сталинскую модель социализма, но и не дал ей должного развития. От того и наступил застой.

Но вот пришла новая перестройка, и все полетело вверх тормашками. Идеология, политика, экономика, мораль, правопорядок. Не сразу: прорабы перестройки действовали методом эскалации. Но достаточно быстро: то, что вчера еще казалось невозможным, сегодня становилось явью. Митинги, забастовки, бешеный разгул антикоммунизма; почти мгновенный распад социалистического лагеря — как корова языком слизнула; пустые прилавки магазинов, дефицит, спекуляция, один за другим с треском проваливающиеся хозяйственные эксперименты, угрожающая социальным взрывом стремительная поляризация бедности и богатства (по одну сторону — десятки тысяч миллионеров, по другую — десятки миллионов людей, живущих за чертой бедности); фактическое оправдание (а то и прославление) проституции и так называемых «сексуальных меньшинств», разгул «массовой культуры», голые красотки, кокетливо демонстрирующие свои прелести с экранов кинотеатров и телевизоров, со страниц газет и журналов, а то и в натуре — на подмостках театров, видеозалы, под эгидой комсомола проповедующие откровенную порнографию и культ насилия; почти всеобщее «пожелтение» прессы; колоссальный рост преступности, кровавые межнациональные бойни, десятки тысяч беженцев, в мирное время ищущих пристанища за тысячи верст от своих разрушенных очагов.

Когда смотришь на все это, невольно вспоминаются строки из Откровения Иоанна Богослова:

«Горе живущим на земле и на море! потому что к вам сошел диавол в сильной ярости, зная, что немного ему остается времени.» (Откр.12.12)

Ну, а Церковь? Разве перестройка не предоставила ей полную свободу? Да! Но в рамках общего плюрализма. Наряду с колдунами, порнографией, сионистскими боевиками и прочей нечистью. В табачных киосках можно увидеть самодельные иконки Божией Матери рядом с портретами обнаженных блудниц. Такая свобода — для Церкви оскорбительна. Ибо не для того существует Церковь, чтобы своей свободой прикрывать свободу зла. Не говоря уже о том, что перестройка развязала и в Церкви «перестроечные силы», которые угрожают теперь церковным расколом.

И вот последнее слово перестройки: рынок. Именно к этому слову нас и подводили исподволь все пять лет.

Рынок — это значит конец надеждам на коммунистическое строительство.

Рынок — это значит продажа России капитализму.

Рынок — это значит всеобщая власть маммоны.

Рынок! И да захлебнется Парусия Духа! Ибо снова, как и две тысячи лет назад, духовный порыв христиан к имущественному братству войдет в противоречие с общественным укладом, основанным на частной собственности. Рынок! И да не будет на земле Царства святых!

Вот он, мистический смысл перестройки!

Но Бог поругаем не бывает, и потому день Господень близок. Как не спешите, но опередить его не успеете.

«Близок великий день Господа, близок — и очень поспешает: уже слышен голос дня Господня. Горько возопиет тогда и самый храбрый.» (Софон.1.14)

Недавно глава итальянских коммунистов сказал, что история международного коммунистического движения закончилась.Что ж! История атеистического коммунизма действительно приходит к своему концу. Но на смену ей грядет отнюдь не торжество масонской перестройки, а коммунизм христианский. Его «мировая революция» — это геокосмическая катастрофа, его «политическая надстройка» — это Царство Святых, его «экономический базис» — христианская коммуна. И нет такой силы, которая могла бы остановить его пришествие. Ибо с нами Бог.

С нами Бог!

Разумейте языцы и покоряйтеся, яко с нами Бог! Аминь.

24 июля 1990 г.

День воспоминания чуда вмчц.Ефимии всехвальной,

имже Православие утвердися,

и Равноап.Ольги, во св. крещении Елены,

вел. кн. Российской

Тип публикации: Статьи
Тема