Н.Н. Неплюев – великий христианский социальный деятель

I.

Имя Николая Николаевича Неплюева постепенно входит в культурный контекст России, но все же до сих пор у широкой публики нет ясного представления, что же сделал этот выдающийся человек. Обладая многими талантами, Неплюев оставил след в различных областях. И поэтому необходимо из его деяний выделить самые выдающиеся. Мне думается, что наиболее ценное у Неплюева заключается в следующем.

Прежде всего, он сумел показать христианам наиболее отвечающий христианству образ жизни в современных условиях. Причем не только указать на него, но и реализовать, воплотить в действительность. Таким его посланием современным христианам явилось созданное им Крестовоздвиженское трудовое Братство. Оно заключало в себе, казалось бы, противоречивые, несовместимые между собой характеристики. Там удивительным образом твердая православная вера с соблюдением традиционного богослужения сочеталась с одной стороны с повседневным трудом с очень высоким уровнем агротехнического производства, а с другой стороны– с коммунистическим общежитием, доходящим вплоть до обобществления большей части имущества Братства. Но, однако, все три компоненты уживались вместе удивительно органично, и в результате появился очень крепкий коллектив, где каждый являл собой образ подлинного христианина с высоким уровнем самосознания, дисциплины и творческих потенций. Братство просуществовало около 40 лет, причем большую часть своей истории оно прожило уже после смерти Неплюева, наступившей в 1908 г. Причем Братство, находившееся в центре России, пережило три революции, три войны и многие тяжелые коллизии общественной жизни. И что может быть самое удивительное: столь крепкая сплоченная конструкция была создана вовсе не из титанов духа, а из обыкновенных молодых украинских крестьян. Такая замечательная устойчивость означает, что Неплюеву удалось найти подлинный образ общинной жизни христиан, который безусловно был осенен Духом Святым.

II.

Конечно и Неплюеву пришлось пройти через огромные трудности, как административного, так и религиозного характера. Последнее особенно надо подчеркнуть, ибо дело Неплюева в православной среде часто третировалось как протестантизм, как искажение православной традиции. И именно здесь у Неплюева были наибольшие трудности. Д сих под, к сожалению, его дело и его учение подвергается любителями, как он говорил «мертвой буквы», критике и уничижению. Но дело Неплюева свидетельствует само о себе. Дело удивительное – ведь он успешно реализовал то, что все хором квалифицируют как «утопию», как нечто недостижимое. Но оказывается все совершенно иначе – Неплюев показал нам реальный образ жизни современных христиан. Он доказал, что опыт первохристиан, образовавших коммунистическую Иерусалимскую общину – не фантастика, что он может быть с успехом повторен в условиях капиталистической России. Но с существенным дополнением – обязателен труд, обеспечивающий выживание общины. Это особенно должно быть нам интересно, поскольку мы сейчас живем в аналогичных условиях, когда общество не только не помогает создавать подобные общины, но и всячески этому мешает. И опыт Неплюева, оказывается, ох как современен!

Более того, Неплюев предполагал, что идея Трудового Братства может быть распространена на всю Россию, что возможно создание целой сети Братств, подобных неплюевскому, в разных областях производства, но объединенных единой идеей и единым, координирующим их, Всероссийским Советом братств. Воплотить эту идею Неплюеву не удалось. Но видно как далеко простиралась его мысль – вплоть до осмысления основ социального строя. И прежде всего тут надо отметить его полное неприятие капиталистического образа жизни, как сугубо нехристианского. Он писал, что человек должен понять «весь ужас ожесточенной и ожесточающей борьбы против всех и вся на пользу своего кармана, на пользу личного или семейного эгоизма, приводящего к экономической распыленности, при которой вся жизнь становится биржей, где все покупается и продается, вся жизнь становится школою разврата и все отношения заклеймены позором корыстной борьбы, когда на одного победителя приходится множество побежденных, и громадное большинство этих побежденных ни на иоту не лучше жестоких в своем торжестве победителей, так как все они желают быть победителями, все жаждут борьбы и равно чужды духа мирной солидарности».

Неплюев же предлагал полную альтернативу капитализму – совершенно оригинальный общественный строй Трудовых Братств, призванный поднять Россию на новый, как материальный, так и духовный уровень, строй, который может быть воплощен на материале реальных, подверженных падшести современных людей. Это уже конкретизация мечты о Святой Руси. По сути дела Неплюев предлагал идею христианского социализма, хотя сам он такого термина не употреблял, зная, как негативно относится к нему наше православное общество. Хотя, конечно, православный социализм не сводится к сети трудовых братств. Его основу должны составлять социалистические предприятия, своим существованием обеспечивающие поддержку братств.

III.

И все же представление о Неплюеве только как успешном практике, как о мудром воплотителе трудовой христианской общины, страдает ограниченностью. Тут упускается очень важное и обширное поле его деятельности – христианское осмысление общественной жизни, ее правил и законов. В своих работах Неплюев сформулировал целый ряд идей, освещяющих с христианской точки зрения жизнь социума, и прежде всего – христианского социума. Тем самым Неплюев показал себя как замечательный, очень глубокий социолог. Неплюев формулировал свои идеи в виде коротких тезисов-фраз, очень емко передающих основную мысль. Все они так или иначе основаны на святоотеческой традиции и освящены многолетним преданием. Среди них особенно заметны:

«Сделать себя достоянием Божиим» – это основной принцип Неплюева: не требовать от Бога исполнения своих нужд, а сделаться рабом Божиим, Его достоянием, выполняющим волю Божию.

«Верховный Закон христианского Откровения» – это закон верховенства любви в христианстве. Неплюев выполнял его всем своим существом – любовь была для Неплюева чем-то единственным, чему он отдавался всем сердцем. Поэтому он очень строго относился к искажениям этого закона – к вынесению на первое место «мертвящей буквы», т.е. дословного исполнения богослужения, или к толстовству.

«Любовь, разум и ощущения». Неплюев любовь ставил на первое место и старался поставить ее во главу созидаемых им общественных отношений. Но и другие силы души он не забывал, погружая любовь не в безвоздушное пространство, а соотнося ее с другими проявлениями души. Так на второе место после любви он ставил разум, и лишь на третье — ощущения, впечатления, чувства.

«Обособление от зла и злых» – одно из фундаментальных положения неплюевской социологии: общество, где действуют персонифицированные силы зла, никогда не достигнет духовной высоты. Поэтому необходимо обособление от «злых и зла». Сеть Всероссийского братства он и рассматривал как совокупность человеческих подмножеств, где такая сепарация осуществлена.

«Любовь должна быть хорошо организована». Это иллюстрация положения, что разумом нельзя пренебрегать, разум должен быть всегда союзником любви, оберегая ее.

«Дисциплина любви» – это принцип подлинной любви, которая смиряет себя перед нуждами коллектива, отдает предпочтение обществу перед собственными хотениями.

«Отрицание «бессистемной благотворительности». Это одно из принципиальных положений Неплюева, обосновывающих Трудовые Братства как высшую форму христианского делания. Принцип общей трудовой жизни Неплюев противопоставляет благотворительности, ибо вторая дает человеку только материальную помощь; первый же дает не только материальную, но, но и духовную помощь, ведущую душу к спасению.

«Три силы: любовь, принуждение и корысть». Неплюев считал, что всю общественную жизнь двигают три силы: любовь, принуждение (насилие) и корысть (личная выгода). И среди них только любовь работает на повышение общества, две же остальные – на понижение нравственно-духовного уровня.

Наконец, «О покаянии на Соборе» – во время подготовки так и не осуществленного Поместного Собора в 1906 г. Неплюев предложил, что главным делом Собора должно являться не администрирование, а призыв к всенародному покаянию. В чем? В том, чтобы Верховный закон христианского Откровения стал бы на первое место для христианина. Увы, этот призыв Неплюева Церковью так и не был услышан.

Таким образом, Неплюев по сути дела создал свою оригинальную христианскую социологию. Думается, что по своему значению она, сопоставима с   наследием таких известных русских религиозных философов, как А.С. Хомяков, И.В. Киреевский, В.С. Соловьев, С.Н. Булгаков. И не только сопоставима, но, может быть, по глубине и укорененности в христианстве превосходит их.

Спаси Господи.

Тип публикации: Статьи
Тема